Эпоха сергия радонежского

Эпоха сергия радонежского

Эпоху Сергия Радонежского, странствия его, духовные подвиги, необыкновенный взлет русского монашества невозможно понять, если вглядываться в одну лишь жизнь церковную, в одни лишь жития и патерики.

Русская церковь того времени была чем-то вроде жемчужного зерна в скорлупе обычного ореха. Ее деяния придавали смысл этой самой скорлупе. Вне судеб святого Алексия, митрополита Московского, преподобного Сергия, их учеников история Руси XIV столетия – всего лишь нагромождение политических интриг, походов и сражений. Но если соединить их с историей духовного труда великих иноков Сергиевского времени, то они приобретут значение драгоценности, ибо без них нельзя помыслить, почему святой Алексий, святой Сергий и прочие столпы благодати совершали важнейшие поступки, произносили памятные слова…

Конечно, жемчужное ядрышко святости можно отделить от политической «скорлупы». Но существует ли способ доискаться до того, как родилось это ядрышко, если сбросить со счетов реальность княжеского междоусобья, борьбы с Литвой и Ордой, гибельных эпидемий и печального безлюдья в Северной Руси?!

А среди великих исторических личностей Сергиевской эпохи первое место занимает великий князь Дмитрий Иванович, прозванный Донским. На протяжении многих лет он находился в духовном и политическом диалоге с преподобным Сергием. Относительно недавно Русская церковь канонизировала его как самоотверженного борца за сохранение веры, главу православного воинства.

Дмитрий Донской… Какое известное имя! В каждом учебнике по истории русского Средневековья найдется о нем глава или хотя бы параграф. Сколько научных статей, монографий, так или иначе связанных с его жизнью! Сколько научно-популярной литературы! Казалось бы, о нем всё давно известно, всё написано!

Как ни парадоксально, до 2014 года не существовало научной биографии Дмитрия Донского. Отдельные очерки. Труды о периоде его правления. О политической, экономической, культурной жизни Руси, о битве на поле Куликовом. Да о чем угодно! А вот подробное, научно-обоснованное жизнеописание столь значимого героя наша академическая общественность так и не создала.

Несколько месяцев назад в серии ЖЗЛ появилась книга «Дмитрий Донской», написанная известным московским историком, зав. кафедрой на историческом факультете МГУ Николаем Сергеевичем Борисовым. С появлением этой научной биографии зияющая брешь в исторической литературе о Руси XIV века была закрыта.

Труд Н.С. Борисова имеет как минимум три высоких достоинства.

Во-первых, он построен на тщательном изучении исторических источников и весьма полном знании тех дискуссий, которые породило их толкование в академической науке. Это не какая-нибудь шарлатанская фоменковщина, это слово солидного специалиста. Автор открывает читателям главные секреты в лаборатории историка-специалиста: что дает летопись, и где она лжет; насколько скуден документальный материал по русской истории XIV века; где можно ждать достоверности от жития, а где на него полагаться не стоит… Автор подает историю Московского княжества в контексте многочисленных переплетений в судьбах иных русских земель: Твери, Рязани, Новгородской вечевой республики и Нижнего Новгорода. Он тщательно препарирует «биографии» соседей Руси – ветшающей, распадающейся Орды и крепнущей, могущественной Литвы. Он не фокусируется на одной личности, но щедро повествует о целом сонме великих людей: «Героическая “эпоха Куликовской битвы” не сводится к одному лишь Дмитрию Донскому, подобно тому как “золотой век русской поэзии” не сводится к одному Пушкину. В это понятие входит деятельность целой плеяды выдающихся русских людей второй половина XIV столетия. Эти люди по-разному представляли будущее Руси. Они ссорились и враждовали друг с другом. Но их многое и объединяло. Они играли свои роли в одной исторической драме, имя которой – Возвышение Москвы», — говорит Борисов. И он нигде не пытается приподнять трудную, кровавую реальность того времени на патриотические котурны. Что было – то было, уроки Господа Бога людям заключены в реальной истории, а не в прекрасных мифах, создаваемых неправильно понятым благочестием и медью казенных фанфар. Дмитрий Донской в трактовке Борисова – отнюдь не безгрешный политик. Бывало, он ошибался. Бывало, совершал неподобающие поступки под действием страстей, раздиравших его могучую личность. Бывало, даже Церковь ставил в унизительное положение. Но все-таки Дмитрий Донской у Борисова – христианский правитель, чувствующий на своих плечах бремя истинной царственности, мужественный ратоборец за веру и землю свою.

Во-вторых, Николай Сергеевич, в отличие от историков советского времени и очень большого числа современных ученых, сознает, до какой степени жизнь человека Сергиевского времени была пронизана христианством, до какой степени Церковь являлась духовной владычицей Руси. Отношение автора книги к Церкви сочетает в себе приличествующее почтение и, одновременно, стремление к исторической правде. В его трактовке Сергий Радонежский – огромная фигура, истинный духовный наставник Московской Руси. Но Борисов показывает и то, что меж Сергием и Дмитрием Донским далеко не всегда царило согласие. Было и благословение Сергия на битву с ордынцами, была и скверная «замятня на митрополии», связанная с амбициозными планами государя использовать Церковь как подручный политический инструмент.

Наконец, в-третьих, книга написана не академическим неудобьговорением, а нормальным литературным русским. Автор строит художественные образы, наслаждается, создавая масштабные метафоры, играет. Порой даже чуть заигрывается. Так, развитие образа ведет его к мысли о «вырождении» Кашинской ветви Тверского княжеского дома, а фактов, надежно подтверждающих эту идею, нет. Но… книга, сделанная удало, задорно, сочно, пусть и с лихими лексическими подскоками, всегда лучше книги, где в каждом пункте соблюдены словесные приличия, а сумма выглядит унылой монотонной серостью. Разница между первой и второй – как между свежим мясом и глубоко замороженным!

Сергий Радонежский. Личность и эпоха

Споры историков о датах жизни Сергия Радонежского. «Житие» Сергия Радонежского – главный источник его биографии. Епифаний Премудрый – первый биограф преподобного. Переработка текста Епифания Пахомием Логофетом в связи с канонизацией Сергия Радонежского. Дальнейшие переработки «Жития» и появление противоречий в биографии Сергия. Поиски подлинного текста Епифания Премудрого. Его находка Б. М. Клоссом

В истории России XIV столетие занимает особое место, став временем возвышения Москвы, когда вокруг нее началось объединение русских земель. Если в начале века Московское княжество едва заметно среди своих более сильных соседей, то уже через несколько десятилетий ситуация коренным образом изменилась, и московский князь Дмитрий Иванович Донской смог выставить на Куликово поле против иноземных поработителей объединенные силы почти всех русских княжеств. Тем самым были заложены основы будущего единого Русского государства.

Но фундамент могущества Москвы был построен не только ратным трудом и мирной политикой московских князей: в его возведении участвовало множество людей. Немалая заслуга в том, что именно Москва стала столицей Российского государства, принадлежала Сергию Радонежскому – одной из самых заметных фигур отечественной средневековой истории.

Пожалуй, ни об одном из русских святых не написано так много, как об основателе Троице-Сергиевой лавры. Тем не менее уже при первом знакомстве с этой литературой обнаруживается странная и удивительная картина: на первый взгляд о жизни Сергия Радонежского мы знаем практически все и в то же время почти ничего. Это парадоксальное утверждение объясняется весьма просто – нам известны все основные вехи жизненного пути преподобного, но при этом мы до сих пор не можем точно сказать, когда именно в его жизни происходили те или иные события.

Достаточно упомянуть о том, что до сих пор даже среди профессионалов, занимающихся историей XIV в., нет единства мнений по такому, казалось бы, простому вопросу: когда Сергий появился на свет? В литературе это событие датируется временем от 1313 до 1322 г. Говоря о дате основания преподобным Троице-Сергиевой лавры, исследователи оперируют промежутком между 1334 и 1345 гг. Неясно, к примеру, и то, сколько лет прожил Сергий (70 или 78), а отсюда по-разному определялось время его кончины (1391, 1392 или даже 1397 г.). Что же касается других эпизодов его биографии, то разница в их датировке порой достигает нескольких десятилетий. Относительно же некоторых из них у нас нет полной уверенности в том, что они происходили в действительности, а не были приписаны преподобному задним числом. В частности, это касается знаменитого свидания Сергия Радонежского с Дмитрием Донским накануне Куликовской битвы: некоторые исследователи полагали, что его вообще не было, другие, с неохотой все же признавая реальность этой встречи, связывали ее с совершенно другими событиями.

Такой разнобой взглядов характерен не только для старой, но и для новейшей литературы, посвященной Сергию Радонежскому. В этом легко убедиться, если заглянуть в последние по времени труды на эту тему Н. С. Борисова, Б. М. Клосса, В. А. Кучкина и других авторов.[1]

Причины разноголосицы историков во многом лежат на поверхности. Хотя имя Сергия Радонежского неоднократно встречается на страницах русских летописей, главным источником о жизни преподобного является его «Житие».

Еще в XIX в. исследователи установили, что работу над «Житием» Сергия начал младший современник преподобного Епифаний Премудрый. Об этом известно из ряда списков памятника, где тот прямо называется создателем «Жития».

Свой труд Епифаний начал осенью (вероятнее всего, в октябре) 1418 г. Об этом становится известным из предисловия к «Житию», где автор, приступая к работе, жалуется на то, что по прошествии 26 лет после смерти святого (то есть подразумевается дата 25 сентября 1418 г.) так и не было создано его биографии. Следует отметить тщательность, с которой работал агиограф.[3] На протяжении многих лет он буквально по крупицам собирал сведения о жизни Сергия. Епифаний рассказывает о том, что за 20 лет им были приготовлены отдельные главы о жизни старца – «ова убо въ свитцехъ, ова же в тетратех, аще и не по ряду, но предняа назади, а задняа напреди… и того ради сиа вся събравшъше, начинаем писати». Определяя содержание предстоящего труда, Епифаний намечал и его хронологические рамки: «Ныне же, аще Богъ подасть, хотелъ убо бых писати от самого рожества его, и младеньство, и детьство, и въ юности, и въ иночьстве, и въ игуменьстве, и до самого преставлениа… Но боюся усумняся прикоснутися повести… яко выше силы моеа дело бысть, яко немощенъ есмь…»[4] Последние слова агиографа о собственной немощи не являются обычным литературным приемом, а отражают реальное положение. Доведя жизнеописание Сергия примерно до середины его жизненного пути, Епифаний так и не смог завершить свое главное произведение, и оно осталось незаконченным. Причиной этого явилась его смерть.

Монография доктора исторических наук К. А. Аверьянова посвящена жизни святого Сергия Радонежского – одной из самых заметных фигур отечественной средневековой истории. Пожалуй, ни об одном из русских святых не написано так много, как об основателе Троице-Сергиевой лавры. Тем не менее уже при первом знакомстве с этой литературой обнаруживается странная и удивительная картина: на первый взгляд о жизни Сергия Радонежского мы знаем практически все – и в то же время почти ничего, даже точных дат жизни. XIV век в истории Руси крайне сложен для историка прежде всего из-за чрезвычайной скудости источников. Разрозненные фрагменты раннего летописания в составе более поздних летописных сводов, считаное количество актов, несколько литературных памятников – вот, в сущности, и все, чем располагает исследователь этого времени. Вместе с тем существует целый пласт источников, который ждет своего исследователя. Речь идет о житиях древнерусских святых. Главная трудность заключается в том, чтобы уметь разглядеть в них черты реальной исторической действительности того времени, увидеть конкретные исторические факты. Благодаря тщательному анализу и сопоставлению различных источников автору впервые удалось воссоздать полную биографию самого известного русского святого.

Произведение было опубликовано в 2018 году издательством Центрполиграф. На нашем сайте можно скачать книгу «Сергий Радонежский. Личность и эпоха» в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt или читать онлайн. Здесь так же можно перед прочтением обратиться к отзывам читателей, уже знакомых с книгой, и узнать их мнение. В интернет-магазине нашего партнера вы можете купить и прочитать книгу в бумажном варианте.

Весь жизненный путь Сергия Радонежского, так, как он описан в церковных книгах, противоречит устоям самой церкви.
С 10 лет учился в церковной школе. Надо сказать, очень плохо учился! Никак не лезли в его голову религиозная схоластика и непонятно кем придуманные догматы.

В 13 лет встретил старца-схимника, который благословил его на служение пред Богом. Вот тут скажем себе стоп! Откуда в то время на Руси православные схимники? Ведь новую религию сюда принесли смуглокожие выходцы из Малой Азии. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на самые ранние иконы. Они всегда действали под княжеским прикрытием, часто не понимали местных наречий и в целом были настроены очень пугливо, а то и вообще враждебно к населению.

Волна русских православных иноков началась как раз с эпохи Сергия Радонежского. А до этого ходили по Руси люди … Мне бы не хотелось приклеивать к ним какие-то ярлыки, чтобы не рождать ложных ассоциаций. Это была последняя волна хранителей древней мудрости, а их путь остался в летописях как Тропа Трояна.

Нет никакого сомнения, что схимник благословил мальчика на религиозный путь. Это был осознанный выбор русских волхвов, значимость которого для нашей истории многократно превосходит известные деяния царей. Таким образом ими была решена казалось бы невыполнимая задача по ассимиляции древних ведических знаний и символов в христианскую веру. В результате была прекращена гражданская война, которая полыхала уже несколько столетий.

Эта задача была не по плечу ни князьям, ни церковным иерархам. Ее выполнили русские волхвы. И выразителем их воли стал Сергий Радонежский.
Дальше не менее интересно. Весь его путь – это уход от общества людей, поиск уединения. Возможно, молитва для него была способом самоосознания. Хотя известно, именно первые русские иноки создали такое направление самоконцентрации, как исихию — молитву без слов. Это так непохоже на шумные религионые ритуалы — и в то же время так соответствует мироощущению волхвов.

Сергий не искал пути в какой-либо монастырь и даже не ставил цели их строительства. Просто так получалось, что он как магнит притягивал к себе сподвижников, а потом, со временем, они начинали в этом месте строить церковь. Как будто прошел человек — и в каждом его следе выросли цветы.
Совершенно нетипично для христианских адептов, проповедующих смирение, и его благословение на вооруженный отпор Мамаю. Не мог он не знать, что Куликово поле превратится в кровавое месиво. Но через этот рубеж надо было переступить — и в такие моменты русские волхвы действовали без колебаний, никогда не заморачиваясь размышлениями о соблюдении невесть кем и непонятно зачем установленных правил. Они просто слушали свое сердце и поступали согласно его позыву. И еще был Луч — поток достоверной информации — величайшая ценность в их жизни.

Точно также обычным делом для волхвов были пешие прогулки на далекие расстояния. И Сергий пешком налегке обошел несколько княжеств, решая при этом вполне конкретную социально-политическую задачу: объединение князей. Надо сказать, что ни политическими, ни военными, ни религиозными средствами эта задача не решалась в течение столетий. Должен был появиться человек, которому бы все поверили. Таких называют «совесть нации». И Сергий был единственный человек на Руси, которому верили безоговорочно. Поэтому одного его слова было достаточно для полного разрешения застарелых местнических конфликтов. Отечественная история же сохранила имя еще одного: Владимира Мономаха, который, будучи неистовым воином, опаленным пеплом сражений, успешно управлял не столько силой воли или оружия, сколько словом, которому верили безоговорочно и русские князья, и половецкие ханы, потому что его слово было законом. При этом в сложных межплеменных и межгосударственных отношениях он постоянно искал неустойчивую и постоянно ускользающую «точку равновесия».

Но и это еще не все. Русские волхвы совершили поистине гениальное действие. Христианство греческого толка всегода носило (и носит до сих пор) название ортодоксия, что можно перевести по смыслу как правоверие. А в ведической Руси славили Правь, как единый закон, объединяющий миры Явь и Навь. И волхвы — иноки, проявив потрясающее смирение перед неизбежным, стали называть новую религию Православием. Этим было ликвидировано противоречие в головах обычных людей и положен конец двоеверию. Только в виде Православия, институционально оформленного русскими волхвами, христианская религия получила право на существование на просторах Руси.
В этот период завершилась многотысячелетняя эпоха волхвов. Все произошло мирным путем, через органичную и с виду незаметную ассимиляцию ведических архетипов в новую религию.

Началась эпоха русских православных иноков. Люди, ищущие духовного света и истины, стали уходить в далекие обителях, подальше от властей, как светских, так и церковных. Сами церковники достаточно часто признавали, что луч духовной мысли теплится в забытых скитах, а вовсе не в митрополичьих палатах.
Так, Соловецкий монастырь был возведен на месте неизвестного древнего сооружения. Аккуратные кирпичные стены надстроены прямо над огромными каменными развалинами. Самым удивительным кажется то, что монахи, поселившиеся в этом глухом и малоприспособленном для жизни месте, не тронули языческие сооружения, сохранившиеся на острове. Скорее наоборот, кажется, что они берегли эти артефакты древности. А потом тут вырос виноград! Безусловно, среди новых поселенцев были те, кто знал особые свойства этого места. Просто не все подлежит публичному разглашению. И сохранение тайны, невзирая на любые опасности – это также характерная черта русских волхвов.

Эпоха расцвета русского иночества завершилась временем великих старцев XIX–XX веков. И после этого как обрыв: пустота и полная тьма. Не осталось в традиционном религиозном русле тех, кто нес в себе знания тысячелетий и свет истины. Сразу же началась неразбериха в головах, которая вылилась в рост взаимной агресси.
Где эти люди сейчас? И есть ли они?

Да, есть! Только не ищите их в псевдонародных костюмах «аля рюс» или под унылыми монашескими клобуками. Нет их и среди проповедников всех мастей. Это обычные люди, которые рядом с нами. И до сих пор они занимались самыми обычными делами, не догадываясь о своем особом предназначении. Но приходит время снятия вуалей – и к ним возвращается память времен.

Вера нужна. Но она никогда не возникнет на месте раскола. Пример великих личностей прошлого показывает, что новая вера возникнет только из единения древних знаний и духовных накоплений всех последующих времен. Это единственный путь и нам по нему идти.

Эпоха сергия радонежского


Сергий Радонежский. Личность и эпоха (fb2)
Эпоха сергия радонежского

QR-код книги

Аннотация

Монография доктора исторических наук К. А. Аверьянова посвящена жизни святого Сергия Радонежского – одной из самых заметных фигур отечественной средневековой истории. Пожалуй, ни об одном из русских святых не написано так много, как об основателе Троице-Сергиевой лавры. Тем не менее уже при первом знакомстве с этой литературой обнаруживается странная и удивительная картина: на первый взгляд о жизни Сергия Радонежского мы знаем практически все – и в то же время почти ничего, даже точных дат жизни. XIV век в истории Руси крайне сложен для историка прежде всего из-за чрезвычайной скудости источников. Разрозненные фрагменты раннего летописания в составе более поздних летописных сводов, считаное количество актов, несколько литературных памятников – вот, в сущности, и все, чем располагает исследователь этого времени. Вместе с тем существует целый пласт источников, который ждет своего исследователя. Речь идет о житиях древнерусских святых. Главная трудность заключается в том, чтобы уметь разглядеть в них черты реальной исторической действительности того времени, увидеть конкретные исторические факты. Благодаря тщательному анализу и сопоставлению различных источников автору впервые удалось воссоздать полную биографию самого известного русского святого.

Рекомендации:

эту книгу рекомендовали 0 пользователей.
Прежде чем рекомендовать книгу, хорошо подумайте. Рекомендация — это высшая оценка, которую вы можете выставить книге. 10 по 5-балльной шкале.

Ссылка на основную публикацию